Нурлан Уразов 
Аналитический центр Ember опубликовал новый доклад, в котором оценивается уязвимость азиатских экономик к перебоям в поставках нефти и сжиженного природного газа (СПГ) из Ближнего Востока на фоне продолжающегося конфликта в Персидском заливе.
Через Ормузский пролив в 2024 году проходило около 84% всей сырой нефти и 83% сжиженного природного газа, направлявшегося в страны Азии. Япония получает свыше 90% импортируемой нефти с Ближнего Востока, Южная Корея – около 70%. Сингапур и Таиланд, наиболее зависимые от импортного газа государства в Юго-Восточной Азии, закупали у Катара соответственно 42% и 27% от общего объёма ввозимого сжиженного газа. Китай получал оттуда свыше 40% нефти и начал активно пополнять стратегические резервы.
По расчётам Ember, в Сингапуре, где газ обеспечивает 95% выработки электроэнергии, стоимость генерации при цене сжиженного газа в 25,39 доллара за миллион британских тепловых единиц – по апрельскому прогнозу поставок – может достигнуть около 260,8 доллара за мегаватт-час. Это более чем вдвое превышает средний показатель оптового рынка конца февраля. При экстремальном сценарии, когда газ дорожает до 100 долларов за миллион британских тепловых единиц, цена электроэнергии способна подскочить до 770 долларов за мегаватт-час – уровень, близкий к пику кризиса 2022 года, когда стоимость кратковременно превышала 2000 долларов за мегаватт-час.
Ценовые шоки на рынке углеводородов уже имеют задокументированные последствия для региона. Конфликт на Украине в 2022 году привёл к тому, что в Таиланде газ подорожал в среднем до 50 долларов за миллион британских тепловых единиц, а в пиковые периоды – до 100 долларов, тогда как до конфликта цена держалась в диапазоне 10–15 долларов. Инфляция в Сингапуре достигла 8,5%, в Таиланде – 6,1%. Теперь Ember предупреждает, что нынешний кризис несёт аналогичные, а возможно, и более тяжёлые последствия, поскольку зависимость региона от ближневосточного газа за прошедшие годы возросла.
Попытки компенсировать нехватку газа за счёт угля аналитики оценивают как экономически и экологически рискованные. Уголь подорожал примерно на 15% – до 134 долларов за тонну. Расчётная себестоимость угольной генерации составляет около 76 долларов за мегаватт-час, газовой – около 104 долларов за мегаватт-час. Солнечная энергетика в связке с аккумуляторными системами обходится примерно в 40 долларов за мегаватт-час, то есть почти вдвое дешевле угольной альтернативы. Таиланд, перешедший на максимальную загрузку угольных станций, рискует добавить к годовым выбросам около 3,2 миллиона тонн углекислого газа – около 5% от целевого показателя сокращений к 2037 году согласно проекту национального плана развития энергетики.
На уровне Юго-Восточной Азии в целом суммарные затраты на газовую генерацию по плановому сценарию АСЕАН – около 200 гигаватт к 2030 году, вдвое больше нынешних 106 гигаватт – при текущих ценах составят около 71 млрд долларов, а при неблагоприятной конъюнктуре способны вырасти до 109 млрд долларов. Производство аналогичного объёма энергии на солнечных установках потребовало бы, по оценке Ember, около 42 млрд долларов.
Отдельную угрозу представляет конкурентное неравенство на спотовом рынке: богатые экономики способны перехватывать танкеры, предлагая более высокую цену, тогда как развивающиеся страны – Индонезия, Таиланд, Филиппины – оказываются в заведомо проигрышном положении. Это грозит углублением расслоения как между государствами, так и внутри них.
Ряд правительств уже принял краткосрочные меры. Таиланд ввёл временный ценовой потолок на дизельное топливо сроком на 15 дней. Филиппины рекомендовали госслужащим перейти на дистанционную работу с целью снижения транспортного потребления. Сингапур поддерживает механизм временного ограничения оптовой цены на электроэнергию, активируемый при устойчивых ценовых всплесках.
Китай, не формулируя своей политики как прямого ответа на волатильность нефтяного рынка, тем не менее форсирует переход к тому, что в официальных документах называется «энергосистемой нового типа». Государственная сетевая корпорация Китая объявила о намерении вложить около 4 трлн юаней (примерно 550 млрд долларов) в развитие передающей инфраструктуры и накопителей энергии в 2026–2030 годах – на 40% больше, чем в предыдущей пятилетке. Министры экономики стран АСЕАН приняли совместное заявление с призывом ускорить энергетический переход и развитие объединённой энергосети региона.
Авторы доклада фиксируют структурный выбор, перед которым стоит регион: продолжать наращивать зависимость от импортируемого ископаемого топлива, подвергая экономики циклическим ценовым шокам, либо переориентироваться на внутренние возобновляемые ресурсы – гидроэнергетику, геотермальную, солнечную и ветровую генерацию, которыми регион располагает в значительном объёме. Доклад выходит на фоне того, что Южная Корея, Китай и ряд стран АСЕАН уже декларируют ускорение низкоуглеродной трансформации своих энергосистем именно в связи с нынешним кризисом.
